Признаем, что в последние годы помощь России со стороны многочисленных международных фондов была далеко не всегда бескорыстной. Не случайно поговорка о бесплатном сыре, который бывает лишь в мышеловке, из-за частоты ее употребления трансформировалась в слоган. Недавно исполнился год одному из подобных проектов - Программе развития ООН (ПРООН) по сохранению биологического разнообразия Камчатки. Стоит ли нам продолжать принимать помощь со стороны этой уважаемой организации или она обходится себе дороже?
Прежде чем ответить на этот вопрос, сделаем небольшое отступление от темы и приведем общее мнение жителей Камчатки. Суть его в том, что они возмущены положением просителей, в котором оказались по милости нерадивых реформаторов. Более того, они готовы вернуть все виды помощи: как федеральной, так и иностранной -в обмен на достойные квоты по вылову морских биоресурсов. На полуострове уверены, что в этом случае Камчатка превратится из депрессивного региона в процветающий край. Ведь до начала девяностых полуостров был своеобразной плавучей базой по ловле и переработке примерно миллиона тонн морепродуктов. Сейчас квоты на вылов рыбы и других биоресурсов едва превышают 400 тысяч тонн. Меньше половины из них попадает на берег. Значительная часть улова перегружается на иностранные суда прямо в море или транспортируется в порты Японии, Южной Кореи, Китая и других стран мира. Плата за интеграцию в мировое экономическое пространство оказалась слишком высокой. Ибо богатый регион деградирует в экономическом и социальном плане.
Единственным источником существования на полуострове невезения стала эксплуатация минерально-сырьевых и биологических ресурсов. В этих условиях администрация области вынуждена пересмотреть свое отношение к особо охраняемым природным территориям (ООПТ) и заповедникам, которые занимают 28 процентов общей площади Камчатки. На них открыты месторождения нефти, газа и других полезных ископаемых. Руководство области предлагает начать их добычу. Обнищавшее, безработное население превратило многочисленные реки в своеобразный конвейер по производству икры. Начинается массовый отстрел медведей с тем, чтобы выручить двести-триста долларов за продажу их шкуры и желчи, которую китайцы используют в фармацевтических целях. Особо охраняемые территории становятся местами нецивилизованного туризма.
Подобные процессы беспокоят экологические организации мира. Год назад на территории Камчатки стартовала Программа Развития ООН (ПРООН) по сохранению биоразнообразия особо охраняемых территорий России. В ее осуществлении принимает участие Глобальный экологический фонд (ГЭФ). Своеобразным полигоном проекта стали территории Кроноцкого государственного биосферного заповедника, Южно-Камчатского заказника, Природных парков "Быстринский и "Налычево". Авторы проекта считают его пилотным и в случае успеха предполагают тиражировать опыт камчатского эксперимента в других регионах России.
Однако общественность не может не беспокоить ряд вопросов. Например, кто заказывает музыку и как впоследствии придется расплачиваться за помощь?
Как выяснилось, финансирует программу Канадское агентство международного развития и Глобальный экологический фонд ООН, который формируется, в том числе, и за счет взносов России. Предварительная стоимость проекта составляет 10 миллионов долларов, которые будут выплачены в течение 7 лет.
"Камчатка в большей степени, чем какой-либо другой регион России, ассоциируется с нетронутой природой, ландшафтами, вулканами, множеством медведей, мест для нереста лосося. Она - символ биологического разнообразия России", - поясняет свой выбор руководитель экологического отдела программы развития ПРООН в России Елена Арманд.
В рамках проекта решается несколько проблем. В первую очередь - укрепление кадрового состава охраняемых территорий. Сегодня из-за нехватки средств не укомплектован штат, нет специального оборудования. На такой зыбкой финансовой почве нельзя организовать охрану территории, превышающей три миллиона гектаров. С помощью ПРООН решается вопрос создания нормативно-правовой базы ООПТ. Огромных усилий требует воспитание у населения экологической культуры. Но, безусловно, проблемой номер один проекта считается безработица, особенно населения, проживающего вблизи ООПТ. "В течение прошедшего года в рамках ПРООН выделено три миллиона долларов. Все они пошли на финансирование социальных программ. Мы стремимся создавать рабочие места в отраслях, не связанных с охотой и рыболовством", - сказал менеджер проекта ПРООН житель Камчатки Юрий Кармадонов.
Итоги прошедшего года показывают, что в помощи со стороны одной из организаций ООН нет ничего унизительного для России. Очевидно, что пока нет оснований воспринимать Программу Развития ООН как Троянского коня, из которого, на землю Камчатки будут десантироваться части быстрого реагирования с тем, чтобы превратить полуостров в нечто подобное второму Ираку. Вместе с тем, если правительство в принципе не пересмотрит свою политику в отношении депрессивных пограничных регионов, то неизвестно, кто со временем наденет обручальное кольцо на безымянный палец красавицы Камчатки, невесты с богатым приданым?
